Сотни лет фальшивые люнеты обрекали на смерть своих изготовителей приносили неприятности их владельцам расстраивали экономику государства. Сегодня они являются полноценным объектом нумизматического исследования и коллекционирования.
В первой половине XVIII века в денежном обращении России появляется множество фальшивых медных монет. Это связано, в первую очередь, с выпуском государством монет по высокой стопе — в 20 и 40 рублей. То есть из пуда меди чеканится монет на сумму 20 или 40 рублей. Цена меди, в зависимости от ее сорта и вида, объема и места покупки, составляла от 6 до 12 рублей за пуд. При изготовлении монет по 20- или 40-рублевой стопе и казначейство, и фальшивомонетчики получали значительную прибыль. Именно высокая норма прибыли была основным стимулом изготовления фальшивых монет. Действительно, в начале 1740-х годов, когда в обращении из медных монет остались только денги и полушки 10-рублевой стопы, подделка монет резко прекратилась.
Деятельности фальшивомонетчиков способствовали многие обстоятельства. Например, чеканка непривычных для населения крупных монет правильной формы. Или частая смена монетной стопы, обычно с изменением монетного типа. А еще — одновременное обращение монет разной монетной стопы. Тяжесть наказания за подделку — фальшивомонетчикам заливали в горло расплавленный металл — не останавливала их. Из-за несовершенства следственного аппарата многих пойманных с поличным преступников отдавали на поруки. Смертную казнь часто заменяли ссылкой или каторжными работами. В 1720-е годы нередки помилования находящихся под следствием или отбывающих наказание преступников. Известны случаи, когда не раз пойманные фальшивомонетчики, будучи помилованными, продолжали свое черное дело.
Из-за этого производство фальшивых монет стало массовым явлением. Их выпуском занимались квалифицированные ремесленники — кузнецы, мастера серебряного и медного дела, литейщики, часовщики, а также солдаты, крестьяне, торговые люди. Штемпели и маточники вырезали самостоятельно, делали на заказ, покупали, продавали, закладывали, воровали. Сырьем для изготовления фальшивок служила свободно продававшаяся медь, медный лом, изделия из меди. Фальшивые монеты отливали или чеканили в кузнице, в лесу, в овине, в подвале и т.п. Готовую продукцию сбывали под видом подлинных монет либо заведомо продавали как фальшивые. Существовали твердые расценки и на инструменты для их изготовления, и на сами фальшивки, цена которых зависела от номинала, качества и способа изготовления.
Часто для подделки монет создавались целые артели с разделением труда. Одни закупали медь и необходимые для обработки фальшивок химикаты, другие делали инструменты, третьи вырезали или вырубали кружки-заготовки, четвертые чеканили или отливали монеты, пятые их сбывали. В начале 1720-х годов разоблачили две такие группы, в каждой из которых было более ста человек. Они отчеканили сотни тысяч монет.
Наиболее часто в первой половине XVIII века подделывали медные копейки образца 1704 года, полушки образца 1718 года и пятаки образца 1723 года (илл.1). Одновременное обращение этих монет в 1720-х годах привело к засорению денежной массы большим количеством фальшивок. Каждой из групп фальшивых монет присущи свои особенности, поэтому сложно выделить общие для всех признаки, позволяющие отличить подлинные монеты от фальшивых. В этом материале мы рассмотрим характерные черты и способы подделывания указанных монет, оценим их количество в денежном обращении.
Фальшивые копейки образца 1704 года
Медные копейки машинной чеканки выпускали с 1704 года: до 1713 года — по стопе 19 рублей 20 копеек из пуда меди, далее — по 20-рублевой стопе. Чеканка копеек закончилась в 1718 году, но в обращении они находились до 1730 года.
Подделывать их стали уже вскоре после начала чеканки. До 1730 года было изготовлено огромное количество фальшивок — во время обмена изъяли около миллиона трехсот тысяч таких копеек. По нашим оценкам, в обращении их было не менее трех миллионов, то есть более 2% от числа подлинных.
Все известные фальшивые копейки литые. Как правило, практиковалось литье в песчаные формы. Качество готовой продукции зависело от квалификации фальшивомонетчика (илл. 2—3). Моделями-образцами служили произвольно взятые подлинные монеты, поэтому большинство фальшивок копируют наиболее распространенные копейки 1711 —1714 годов выпуска.
Отличия литых копеек от чеканных обусловлены технологией литейного производства. На всех литых монетах присутствует плавный переход букв и цифр легенды в поверхность поля монеты. Поверхность монет пористая, с углублениями различной формы (усадочные, газовые и шлаковые раковины) и зернистая (сплавление формовочных материалов с металлом). Часто наблюдаются наросты, наплывы и неровности от слабой набивки форм и осыпания формовочных материалов (илл. 4). Из-за усадки формы и металла у литых монет несколько меньший диаметр, чем у чеканных, из-за пористости металла — меньшая плотность. Важное значение имеют дефекты литья: на гуртовой поверхности монет наблюдаются остатки литника или следы его зачистки, а также уступ от неточного совмещения литейных форм. Неполное заполнение формы металлом (недолив) так же, как и большая усадочная раковина, приводит к образованию сквозного отверстия неправильной формы с заплывшими краями (илл. 5).
Идентификация монеты как литой или чеканной по приведенным признакам не всегда возможна. Действительно, равномерное опиливание фальшивомонетчиками гуртовой поверхности уничтожало следы литника и уступа, а затирание песком — раковины. Пористая поверхность монеты могла быть следствием коррозии, наплывы образовывались при чеканке разрушенным штемпелем. Наличие значительного слоя окислов на монете сглаживало очертания надписей. Углубления на поверхности могли возникнуть при образовании плен на месте скрытых уса- дочных и газовых раковин при прокатке. Отклонение параметров от нормативных типично для монет первой половины XVIII века. Поэтому для однозначного определения способа их изготовления монеты необходимо исследовать ее макро- и микроструктуру.
Определить фальшивые монеты можно по их составу. На государственном монетном дворе чеканка копеек из бронзы не производилась. Следовательно, все бронзовые копейки — фальшивые. Бронзовые монеты можно выделить по цвету: у бронзы он желтый при наличии олова в сплаве больше 14%, оранжево-желтый — при содержании олова от 10 до 14%, красновато-желтый — от 8 до 10% олова. При наличии олова до 8% бронзовая монета по цвету не отличается от медной. Для точного определения состава используют различные физические методы исследований (рентгенофлуоресцентный, рентгеноспектральный анализ и пр.)
Значительно реже фальшивых копеек встречаются литые денги образца 1700 года (илл. 6). Подделка последних гораздо меньше распространена из-за более низкой рентабельности их изготовления и технических сложностей отливки монет малой толщины. По этим же причинам неизвестны литые полушки образца 1700 года.
Фальшивые полушки образца 1718 года
Малоразмерные полушки выпускали в 1718—1722 годах по 40-рублевой стопе (илл. 7). В обращении монеты были до 1730 года, но с 1723 года их прием в казенные сборы и в оплату за любые товары, кроме съестных, был запрещен.
Малые размеры полушек, их крайне простое оформление и неоформленный гурт облегчали задачу фальшивомонетчикам. Большинство фальшивых полушек изготовлено ручной чеканкой на вырезанных или вырубленных кружках. Литые полушки крайне редки, так как литье было затруднено из-за малой толщины монет. Несмотря на невысокое качество как чеканных, так и литых полушек, их охотно принимали в платежи: сами подлинные монеты были сделаны ненамного лучше. Кроме того, в обращении встречались польские шелеги и даже гладкие кружки.
Об огромном количестве фальшивых полушек свидетельствует эксперимент, проведенный в 1730 году служащими Монетной конторы. Из оборота изъяли 50 рублей полушками, и шестеро монетчиков три дня разбирали их. Отобрав фальшивых полушек на 21 рубль, они пришли к выводу, что отличить фальшивые монеты от настоящих очень трудно, а зачастую — даже невозможно. Важно, что такой неутешительный вывод сделали монетные мастера, хорошо знающие характеристики подлинных монет.
Итак, с большой степенью достоверности можно выделить только те фальшивые полушки, которые имеют грубые несоответствия с подлинными. В первую очередь, это монеты, дата на которых не соответствует годам чеканки подлинных монет, на них пропущены или переставлены цифры (илл. 8 —10). Сразу можно квалифицировать монету как фальшивую, если она имеет легенду, составленную из бессмысленного набора знаков. Менее определяющий признак — зеркальное отображение части букв легенды (илл. 11), перепутанное расположение скипетра и державы (илл. 12). Сложнее выявить фальшивки по виду орла: как правило, орел имеет крайне упрощенный, схематичный вид, короны над головами орла составлены из отдельных точек или черточек (илл. 13 —15).
Полушки с несколькими такими признаками можно уверенно отнести к фальшивым. В то же время отдельные ошибки в написании легенды (например, А вместо А, III вместо Ш, зеркально отображенная семерка в дате), «пляшущие» буквы, общая небрежность в изготовлении монеты еще не основание для автоматического признания ее фальшивой.
Помимо рассмотренных грубых фальшивок известны более качественные экземпляры, предположительно иностранной чеканки (илл. 16). Монеты отчеканены с использованием группы штемпелей и имеют следующие отличительные черты (выявлены В.В.Уздениковым): в лапах гербового орла неправильно (наоборот) размещены скипетр и держава, дата изображена в виде бессмысленного набора вертикальных линий, на гурт монеты нанесена машинным способом шнуровидная насечка. В зависимости от использовавшейся при чеканке полушки пары штемпелей монета может иметь от одного до трех указанных признаков.
Фальшивые пятикопеечники образца 1723 года
Пятикопеечники выпускались в 1723—1727 и 1729— 1730 годах по 40-рублевой стопе (илл. 17). Монеты обращались как пятикопеечники до 1744 года, далее их нарицательная цена последовательно снижалась с 4 (1744 год) до 2 копеек (1746 год). С августа 1755 года их стали выкупать у населения, а с 1 сентября 1756 года они окончательно вышли из обращения. С 1730 по 1744 год население активно подделывало пятикопеечники (до 1730 года фальшивомонетчикам проще было подделывать полушки и копейки, а после 1744 года изготавливать фальшивые пятаки было уже невыгодно).
Фальшивые литые пятикопеечники. Понимая неизбежность появления фальшивок, правительство приняло меры по защите пятаков от подделки. Основные усилия направили на создание сложностей при изготовлении литых подделок, полагая, что отчеканить такую крупную монету, как пятикопеечник, без сложного оборудования в России невозможно. На случай подделки монет за границей создали препятствия для ввоза фальшивых пятаков. В итоге в оформление монеты ввели: свободные от изображений и легенды большие участки поверхности, сетчатый гурт, усложненный рисунок изображений в частности, точечный ободок вокруг орла) и рубежки кольцевой узор из мелких повторяющихся элементов по краям аверса и реверса).
В.В.Уздеников отмечает еще одну «степень защиты»: подлинные пятаки имеют несвойственную русской монетной системе ориентацию аверса и реверса.
Исключение составляет часть пятаков 1723, 1726 и 1727 годов с соотношением сторон и необычным расположением надписей на реверсе (при горизонтальном положении обозначения номинала дата читается сверху вниз, тогда как на остальных пятаках — снизу вверх).
Признаки, по которым литые пятикопеечники можно отличить от чеканных, те же, что и для литых копеек (илл. 18). Благодаря улучшенному дизайну монеты на гладких участках ее поверхности хорошо видны раковины и наплывы, точечный ободок вокруг орла всегда сплошной, рубежки нечеткие и сливаются друг с другом. Важное значение имеет осмотр гуртовой поверхности: у части фальшивок на гурте линия от стыковки литейных форм, у других гурт набит ромбовидными пуансонами, у некоторых — гладкий гурт.
Литые монеты можно было легко отличить от подлинных, поэтому большинство фальшивок изготавливались чеканкой.
Фальшивые пятикопеечники кустарной чеканки. Пятаки ручной чеканки заметно отличаются от подлинных монет. Часть отличий определена принятыми мерами по защите пятаков от подделки: у фальшивок произвольная ориентация аверса и реверса, нестандартные рубежки, кустарное гуртовое оформление. Другие признаки, отличающие фальшивки от подлинных монет, связаны с незнанием фальшивомонетчиками тонкостей производства на конкретном монетном дворе. Поэтому у фальшивок — несоответствующие год выпуска, написание номинала, размер орла, начертание букв и цифр легенды (илл. 19 — 22).
Остальные признаки связаны с нарушением технологии изготовления пятикопеечников: одни и те же буквы или цифры вырезались вручную на штемпеле и были разного начертания, круглый точечный ободок вокруг орла заменен сплошным или он неправильной формы, иногда большая корона над орлом имеет упрощенное, вплоть до точечного изображение (известна также монета с изображением королевской, а не императорской короны). Ошибки в написании номинала, по сравнению с фальшивыми малоформатными полушками, встречаются гораздо реже (илл. 23).
У многих фальшивых монет заниженный вес и уменьшенный диаметр. Понижая вес пятикопеечников в 2 — 3 раза, фальшивомонетчики увеличивали свою прибыль, но получали монеты, которые было очень легко отличить от подлинных, тем самым вероятность разоблачения возрастала многократно. Такое нелогичное поведение фальшивомонетчиков объясняет наличие легковесных фальшивых пятаков, изготовленных перечеканкой без перегурчивания денег образца 1730 года. Используя в качестве заготовок денги, фальшивомонетчики избегали необходимости вырубать и загурчивать кружки. Таким образом, не столько желание увеличить прибыли от выпуска фальшивых монет, сколько стремление опустить при их изготовлении несколько трудоемких и требующих специального оборудования звеньев технологической цепочки, обусловило появление части легковесных фальшивых пятикопеечников. Рассмотренные признаки наиболее характерны для : группы кустарно сделанных фальшивых пятикопеечников. Тем не менее нельзя считать монету фальшивой, если у нее какой-либо один из вышеперечисленных признаков. Дело в том, что многомиллионные тиражи пятаков и отсутствие контроля качества каждой монеты обусловили появление среди подлинных монет экземпляров, представляющих собой производственный брак: с неправильной ориентацией сторон, с ошибками в дате, с нетипичным расположением счетных точек на аверсе (вверху две точки, внизу — одна), с датой 1276 или 1721 и т. д. Такие монеты редки; все они отчеканены машинным способом на государственном монетном дворе. Основа для выявления фальшивых пятикопеечников кустарной чеканки — определение техники их изготовления, так как имен но несоблюдение фальшивомонетчиками принятой на монетном дворе технологии приводит к описанным несоответствиям.
У большинства из известных фальшивых пятикопеечников — неповторимый тип оформления. Лишь некоторые можно объединить в группы по 2—4 однотипные монеты (исключение — обособленная группа из нескольких десятков легковесных пятаков). Монеты : в пределах одной группы имеют ряд общих признаков. Так, при их изготовлении использовали одинаковые пуансоны или группу штемпелей в произвольном сочетании. Использование пуансонов свидетельствует о достаточно большом размахе деятельности фальшивомонетчиков. В самом деле, для изготовления одной или нескольких монет гораздо проще было вырезать необходимую надпись прямо на штемпеле, не утруждая себя изготовлением пуансонов. Отсутствие больших групп однотипных монет, грубые ошибки в оформлении, низкое качество и небрежность изготовления указывают на то, что производством фальшивых пятаков занималось независимо друг от друга множество кустарных мастерских.
Фальшивые пятикопеечники машинной чеканки. Большинство фальшивых пятаков кустарной чеканки (не говоря уже о литых) можно легко отличить от подлинных. На этом фоне резко выделяется обособленная группа фальшивок, выполненных особенно тщательно: с соответствующим монетной стопе ; весом, с правильным соотношением сторон и т. д. (илл. 24). Все монеты 1727 года выпуска, на реверсе аббревиатура КД, написание номинала различное: «ПЯТЬ КОПЕIКЪ», «ПЯТЬ КОПЕЕКЪ», «ПЯТЬ КОПЕЯКЪ». Пятикопеечники имеют не менее 7—8 признаков, отличающих их от подлинных пятаков 1727 года КД. Самый характерный признак — форма гербового орла: крылья орла начинаются от его брюха и не имеют «со»-образной выемки, клювы орла раскрыты, оперение часто состоит из нескольких крупных перьев. Также следует обратить внимание на начертание корон и тип крестов. Большая корона не объемная: вместо нижней дуги, которая создает при плоскостном изображении иллюзию объема, — черта, параллельная основанию короны. Малые короны над головами орла без крестов, кресты на державе и на большой короне латинские и выбиты одним пуансоном. При изготовлении фальшивых монет использовали характерные пуансоны (например, цифра «2» в дате не имеет загнутого вниз хвостика), при этом аббревиатуру КД вырезали штихелем, а не выбивали литерными пуансонами. Крайне редко при изготовлении легенды на штемпеле пользовались фигурными пуансонами (в форме треугольников, линий), с последующей доработкой букв штихелем. Прочие признаки обусловлены неаккуратностью фальшивомонетчиков: счетные точки образуют пятиугольник с неравными сторонами, иногда стороны креста на реверсе образуют углы, отличные от 90°.
Строго говоря, приведенные отличия не могут служить доказательством того, что эти монеты фальшивые. Штемпеля пятикопеечников не переводили с маточников (что стало нормой для медных монет лишь с 1755 года), а изготавливали вручную: орлов вырезали, буквы, цифры и мелкие фигуры выбивали пуансонами. В результате даже подлинные монеты имеют огромное количество разновидностей, отличающихся деталями изображения. Основной критерий фальшивки — отличие технологии ее изготовления от принятой на монетных дворах — также не позволяет считать эти монеты фальшивыми, так как они, безусловно, отчеканены на монетном дворе. Единственное отличие в технологии — нанесение рубежек. На штемпеля подлинников рубежки наносили особым инструментом (как говорится в документах, «зело искусной работы») и всегда строго равномерно; они часто «выходят» за край монеты и не очень четкие. На штемпеля рассматриваемых монет рубежки, по-видимому, набивали обычным мелкофигурным пуансоном, причем неравномерно; они всегда четкие и помещаются на поле монеты. Возможно следующее объяснение. В 1727 году Красный монетный двор (на его продукции аббревиатура КД) впервые начал чеканить пятикопеечники. Можно допустить, что при чеканке новой, «непривычной» монеты в первое время наблюдались отступления от технологии нанесения рубежек. Поэтому для доказательства незаконного происхождения этих пятаков необходимо обратиться к архивным документам.
Согласно Сенатскому указу от 15 августа 1738 года, пятаки с надписью на реверсе «ПЯТЬ КОПЕIКЪ» предписывалось считать фальшивыми и отбирать у насел ния, платя за них по цене меди (копейку за пятак). Эти монеты можно разделить на две подгруппы. В первую входят монеты с орлом малого размера, имеющие больший диаметр и меньшую толщину (при соответствии массы нормативной), чем другие пятаки (илл. 25). Только в этой группе встречаются экземпляры с неправильным соотношением сторон. Во вторую — монеты с орлом на аверсе нормального размера, штемпели аверса которых использовали и при чеканке пятаков с обозначением номинала «ПЯТЬ КОПЕЯКЪ» (илл. 26).
Пятаки 1727 года с надписью на реверсе «КОПЕЕКЪ» также представляют собой фальшивки: как показал проведенный в 1738 году опрос резчиков, на Красном монетном дворе монеты с таким написанием номинала не изготавливали. Все известные монеты отчеканены с использованием только одного штемпеля реверса; штемпели аверса использовали и при чеканке пятаков с обозначением номинала «ПЯТЬ КОПЕЯКЪ» (илл. 27).
Среди пятикопеечников 1727 года с аббревиатурой КД и с обозначением номинала «ПЯТЬ КОПЕЯКЪ» можно выделить монеты, которые имеют вышеуказанные отличительные признаки и связываются друг с другом взаимоотношением штемпелей или использованием при изготовлении штемпелей одинаковых пуансонов. Эти монеты фальшивые, так как аверсы части из них отчеканены теми же штемпелями, что и фальшивки с надписью «КОПЕIКЪ» или «КОПЕЕКЪ» (илл. 28). Пятикопеечники можно разделить на несколько подгрупп в зависимости от степени приближения изображения и легенды к подлинным.
Поштемпельный анализ показывает, что сначала изготавливались монеты с надписью «КОПЕIКЪ», затем, непродолжительное время, — с надписью «КОПЕЕКЪ», и наконец, намного большим тиражом, — «КОПЕЯКЪ». При этом фальшивомонетчики постоянно приближали изображение на своих монетах к истинному. Однозначно определить подлинность монет позднего выпуска по аверсу затруднительно, а доказать, что они фальшивые, можно только по реверсу, штемпель которого использовался и при чеканке других фальшивок (илл. 29). Высокое качество таких монет указывает на их иностранное происхождение, так как маловероятно, чтобы в России было налажено широкомасштабное машинное производство фальшивой монеты.
В заключение отметим, что определяющим фактором для выявления фальшивых монет первой половины XVIII века является определение техники их изготовления (по определению, фальшивой считается монета, изготовленная не на государственном монетном дворе для использования в денежном обращении). Отличие технологии фальшивомонетчиков от принятой на монетном дворе приводит к тому, что фальшивки имеют целый ряд несоответствий, отличий от подлинных монет.
Действительно, в настоящее время существует достаточно большое количество современных подделок медных монет, изготовленных для обмана коллекционеров. Из рассмотренных монет обычно подделывают копейки поздних годов выпуска, редко встречающиеся пятикопеечники (1727 года с аббревиатурой МД или с обозначением номинала «ПЯТЬ КОПЕIКЪ »). При этом люди, занимающиеся такими подделками, так же, как и их предшественники в XVIII веке, не выдерживают правильное соотношение сторон, размер орла и т. д. (илл. 30). Если формально сравнивать эти подделки с подлинными монетами согласно приведенным выше отличительным признакам, то можно сделать неверный вывод, что это фальшивые монеты XVIII века. На самом деле, использование современных технологий при их изготовлении позволяет практически безошибочно точно определить время их происхождения.
Нумизматика.
Александр ХРАМЕНКОВ
Иллюстрации предоставлены автором.
Казнить — нельзя помиловать.
Осенью 1733 года по извету Григория Боровченка были разоблачены две группы фальшивомонетчиков, действовавших в Красном Селе. Следствие продолжалось более полутора лет, результаты его неизвестны. Показания фальшивомонетчиков противоречивы, и действительную картину их преступлений воссоздать затруднительно. Рассмотрим наиболее интересные моменты, связанные с деятельностью денежных воров. Доноситель — купецкий человек Григорий Боровченок — сообщил, что брал у денежного вора Алексея Дорофеева фальшивые деньги, «заведомо что воровские», на которые в темное время суток покупал съестные припасы. Тем самым Григорий признался сразу в двух преступлениях, наказуемых смертной казнью: в ведомстве «дела воровских денег» и в «издержке их в народ». Конечно же, доносителя никто казнить не собирался — в указах неоднократно подчеркивалось, что изветчики могут доносить «без опасения», рассчитывая на «милость и награду». Мало кто знал, что при указе 1727 года «О наказании делателей фальшивой монеты, о награждении доносителей по сему предмету и о прощении тех, которые добровольно сознаются в винах своих» было секретное определение: «...по силе сего указа вины отпускать, но свободы им не чинить» и «ради пропитания посылать их в Сибирь в дальние городы вечно». Сибири Боровченок избежал и после очных ставок с подозреваемыми был освобожден под расписку с обязательством в дальнейшем доносить на воров. Купецкий человек Алексей Дорофеев винился в деле «воровских мелких копеек» на сумму свыше пятидесяти рублей и показал на трех сообщников. На воровское дело Алексея подбил сосед Иван Некрасов, предложивший делать мелкие медные деньги. Алексей не стал отказываться, только спросил, «где такого человека сыскать, который маточник режет и чеканы с него переводит». Такой человек на примете у Ивана был, и требуемый маточник по заказу вырезал. Примечательно знание купецким человеком технологии производства фальшивых монет, чем ныне мало кто может похвастаться. Дорофеев также показал, что купил у денежного вора Ивана Пышки два фальшивых пятикопеечника, заплатив по три копейки за пятак. Скорее всего, при их покупке Алексей думал не о наживе (были трудности со сбытом большого числа фальшивок собственного изготовления), а о расширении ассортимента выпускаемой продукции.
Посадский человек Иван Некрасов (он же Батырев и Мясник) от денежного воровского дела не отпирался, но утверждал, что на это злодеяние его уговорил отец Алексея Дорофеева. Якобы последний нашел мастера, вырезавшего маточник, «на котором ездок на коне да одна решетка» , а затем заказал другому умельцу изготовление пары чеканов («два коня да две решетки»). Сам же Иван лишь стоял на «карауле» — «чтоб их кто при том деле не застал». Только один раз он непосредственно участвовал в воровском деле, получив два рубля за работу. Но, судя по тому, что именно у него были найдены три чекана, «которыми делают воровские мелкие деньги», Некрасов играл далеко не последнюю роль среди своих сообщников. Фальшивые монеты он продавал разным людям, отдавая рубль воровскими копейками за тридцать прямых, то есть подлинных копеек. Иногда приходилось иметь дело с не известными ему людьми: так, часть денег он продал какому-то дьячку по своду знакомых покупателей.
Записной в цех медного дела мастер Иван Пышка до задержания уже дважды был в приводе по оговору в денежном воровском деле, но каждый раз избегал наказания. И в этот раз он то и дело менял показания, вследствие чего был пытан на дыбе 12 раз, получив в общей сложности свыше 300 ударов кнута. Так, сначала он подробно рассказал, как выложил в сенях из кирпичей горн, купил опоки, из вышедших из обращения медных монет отлил несколько десятков пятаков, очистил их песком и окрасил, чтобы стали «якобы ходячие, а не воровские». Затем он уверял, что воровских денег не делал, а «показал на себя напрасно второпях и в беспамятстве своем, убоясь розысков жестоких». Несколькими пятаками он расплатился с торговцами сукном, предварительно спросив, хороши ли они; остальные якобы бросил в воду, так как «их на съестной харч никто не брал». В конечном итоге свои переменные речи Пышка честно объяснил желанием «продолжить свою жизнь и пожить».
Крестьянин Михаила Честной (он же Рыбушкин), приходившийся зятем Пышке, присутствовал при литье последних пятикопеечников, а возможно, и помогал ему в воровском деле. После обучения у Пышки Михайла решил делать воровские деньги самостоятельно. Купив опоки и меха, он вместе со своим постояльцем Козьмой Копыловым отлил шесть рублей пятикопеечниками. Все отлитые монеты Честной забирал себе: Козьма работал у него за науку. Из-за угрозы своей жены донести на них литейное дело пришлось прекратить. Пользуясь случаем, он попытался оговорить в приеме от него фальшивых пятикопеечников нескольких человек: одного — из-за того, что он бил Михайлу палкою, когда тот играл в городки, второго — из-за подозрения в краже у Честного четыре года назад серебряного перстня с резьбой. Затем Честной признался, что фальшивые деньги потратил на всякие «домов- ные нужды незаведомо что воровские».
Купецкий человек Козьма Копылов сразу же признал свою вину и с трех пыток речи не переменил. Согласно уложению, за дело фальшивых монет следовало «казнити смертию, залити горло». При такой казни преступник, бывало, погибал не сразу. Известны случаи, когда металл выливался на землю, прожигая горло, и человек мучительно умирал в течение нескольких дней. Поэтому в 1723 году Петр I издал указ «Об отсечении голов для скорой смерти поддельщикам денег, которым заливают горло расплавленным металлом». По определению Сыскного приказа, Копылову была «сказана смерть», и он был посажен в покаянную. В пятницу, 2 февраля 1734 года, недалеко от Красного Села Козьма Копылов был публично казнен — «горло залито, и для скорой смерти голова отсечена».
Ал-р X.
АНТИКВАРИАТ, ПРЕДМЕТЫ ИСКУССТВА И КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЯ декабрь 2003
