Комод-ванталь

Несколько художников/мастеров
Ок. 1775–79 с более поздними изменениями
Выставлено в Метрополитен-музее

Этот важный комод работы Рентгена, а также другой экземпляр в Музее Виктории и Альберта в Лондоне (W 51-1948) имеют выдающуюся историю происхождение. Их история, возможно, началась в королевских апартаментах Версаля. В XIX веке этот экземпляр, ныне находящийся в Метрополитен-музее, принадлежал барону Майеру де Ротшильду, члену известной банковской семьи и семьи коллекционеров произведений искусства, который хранил его в Ментмор-Тауэрс, своем роскошном дворце в Бакингемшире. В 1964 году он был продан с молотка в Лондоне и достиг самой высокой цены, когда-либо уплаченной на аукционе за предмет мебели, привлекая огромное внимание средств массовой информации[1].

Нью-йоркский и лондонский комоды тесно связаны друг с другом и с почти идентичным им комодом в Баварском национальном музее в Мюнхене, с которым когда-то составлял пару в коллекции великого герцога Саксен-Веймарского[2]. Все три предмета относятся к так называемым комодам-ванталь, что означает, что у них три дверцы, скрывающие внутренние ящики; однако все они содержат полку, а не ящики за центральной дверцей, что превращает этот тип в сочетание комода-ванталь и его разновидности, называемой комод-ан-ба-д'армуар[3].

Все три комода имеют шесть ножек. Однако ножки нью-йоркского комода представляют собой уникальное отклонение в творчестве Рентгена. Хотя четыре внешние ножки, как обычно, квадратные, две передние средние ножки имеют трапециевидную форму и украшены бронзовыми накладками на трёх видимых сторонах, что придает дополнительный элемент роскоши. Лицевые стороны комодов разделены на три вертикальные секции, а фриз содержит один ящик, проходящий по всей ширине каждого предмета. Бока и три передние дверные панели украшены маркетри: на боках изображены музыканты — исполнители на деревянных духовых и струнных инструментах, а на центральной панели — сцена с актерами на сцене. Во многих отношениях маркетри нью-йоркского комода отличается от двух его аналогов. Вероятно, изначально он был очень похож на другие, но в какой-то момент после Французской революции, когда вкус старого режима вышел из моды, были произведены серьезные изменения. Увлекательная история того, как был изменён нью-йоркский комод, приведена в приложении Мехтильд Баумейстер в этом томе. Здесь достаточно упомянуть четыре основных отличия: Во-первых, на двух боковых дверцах лицевой стороны метрополитеновского комода изображены две пустые сцены, тогда как на дверцах лондонского и мюнхенского комодов показаны театральные ложи, заполненные людьми, наблюдающими за представлением, которое происходит на сцене, изображенной на центральной дверце. Во-вторых, боковые панели на всех трёх предметах одинаковы, но на нью-йоркском комоде они перевернуты: исполнители на духовых инструментах находятся на правой стороне. В-третьих, фризовые накладки на нью-йоркском комоде являются заменой накладок, подобных их аналогам, и выполнены другой рукой. Накладки на ножках и стойках также отличаются. В-четвертых, оригинальные сине-серые мраморные столешницы, сохранившиеся на лондонском и мюнхенском комодах, заменены на нью-йоркском на красную мраморную плиту брокатель[4].

Внутри трёх комодов планировка схожа, но скрытые механизмы в лондонском и мюнхенском экземплярах более сложны. Большой фризовый ящик, дверцы и верхние внутренние ящики последних открываются разными действиями одного ключа в одной замочной скважине, которая скрыта позолоченной розеткой на фризовом ящике, когда не используется. Механизм приводится в действие грузом и пружиной. По обе стороны от внутренней части трёх комодов верхний ящик может быть повернут в сторону, чтобы открыть доступ к скрытым отделениям с тайными ящиками. Верхняя часть переднего отделения в лондонском комоде поднимается; в нью-йоркском комоде она закрыта тамбуром, открывающим доступ к углублению.

Лучшие накладки на лондонском комоде сделаны в Париже; нейвидские экземпляры используются на менее заметных местах. Двухцветное золочение и поверхностная чеканка ручек-канителей на ящиках выполнены на высочайшем уровне, которого достигала мастерская Франсуа Ремона. Столь же изящные фризовые накладки были заменены на нью-йоркском комоде на смелый завитковой орнамент, вероятно, работу парижского литейщика Этьена Мартенкура.

Януариус Цик, часто работавший с Давидом Рентгеном, безусловно, разработал сцены маркетри как на лицевой стороне комодов, так и на боковых панелях, и, несомненно, гравёр Рентгена Эли Жерве создал линейные рисунки, по которым работали мастера маркетри. Центральная сцена на лицевой стороне изображает хорошо известных персонажей итальянской театральной традиции, известной как комедия дель арте, которая пережила возрождение во второй половине XVIII века. На ней изображены ловкий слуга Арлекин справа, его возлюбленная, горничная Коломбина в соломенной шляпе, украшенной цветами, слева, и старый Ансельмо с треуголкой и тростью в центре. Сцены на боковых сторонах трёх комодов изображают двух музыкантов в просторной комнате с арочным окном: на одной панели скрипач и виолончелист делят козлы с двумя листами нот, пока они играют. На стене висят медные валторны. На другой панели два исполнителя на деревянных духовых отдыхают за столом. На стене за ними видны два гобоя, а фагот прислонен к пюпитру, на котором стоят листы нот.

Нью-йоркский комод дважды заклеймен на стойках своей филенчатой задней стенки двойной буквой V под короной, что является инвентарным знаком Версаля. Хотя неясно, является ли задняя панель оригинальной частью изделия, не исключено, что комод происходит из личных апартаментов Людовика XVI. Действительно, в записях о расходах короля упоминается выплата 2400 ливров 11 апреля 1779 года «немцам за большой комод». Но в инвентаре 1792 года сцены на боковых сторонах того же комода, как говорится, изображают Астрономию и Искусства, а не музыкантов. Это может быть недоразумением со стороны составителя описи, который не узнал в гобоях музыкальные инструменты и принял фагот за телескоп. Более того, опись почти наверняка составлялась в спешке, так как мебель должна была быть вывезена из Версаля и продана в Париже за наличные, чтобы поддержать Революцию. Конкретные породы дерева, включая их цвет, и мелкие чеканные украшения, упомянутые в описи, присутствуют на нью-йоркском комоде и отсутствуют на двух других, однако удивительно, что нет упоминания о сцене комедии дель арте. В другой описи версальской мебели, составленной в 1793 году, где документируется меньший комод, принадлежавший графине д'Артуа, невестке Людовика XVI, действительно упоминается сцена комедии дель арте. Но размеры, приведённые в описях для двух комодов, делают слегка больший экземпляр Людовика XVI лучшим соответствием для нью-йоркского комода.