«На Кузнецкий, к Фишеру!»

Первого января 1912 года один из самых известных российских фотографов Карл Андреевич Фишер (1856—...) праздновал 25-летие своей трудовой деятельности в Москве. В его фотографическое ателье на Кузнецком Мосту один за другим прибывали почетные гости: представители городские властей, депутации от Большого, Малого и Художественного театров, Политехнического музея, Московского университета, Русского фотографического общества, Общества любителей естествознания. Собравшиеся произнесли поздравительные речи, зачитали приветственные адреса и телеграммы... В последующие дни в периодической печати со всеми подробностями был описан юбилей фотографа занимавшего «выдающееся место среди русских и европейских мастеров». 

Популярность Фишера в то время была действительно огромной. Адрес модного фотографического ателье знал любой московский извозчик, достаточно было сказать: «На Кузнецкий, к Фишеру!». 

Официально он именовался «фотографом Московских Императорских театров и Университета, Московского Публичного Румянцевского музея и Музея изящных искусств Александра III». Его фирма представляла собой отлично организованное производство, состоявшее из фотоателье, мастерских по изготовлению фототипий, цинкографий, фотолитографий и открыток, где производили работы всех жанров — портреты, театральные композиции видовые и репортажные снимки. 

Впервые известность к Карлу Андреевичу пришла в 1882 году. На Всероссийской художественно-промышленной выставке в Москве он, скромный фотограф из Оренбурга, получил золотую медаль за серию этнографических снимков. В 1887 году Фишер переехал в Москву и начал работать на Кузнецком Мосту в доме Тверского архиерейского подворья в фотографическом ателье, ранее принадлежавшем И.Г. Дьяговченко. По условиям контракта, в течение определенного времени он был обязан сохранять имя прежнего владельца в названии заведения — «Фотография К.Фишера, бывшая И.Дьяговченко», а себя именовать «его преемником». Поначалу это было ему только на руку: у Дьяговченко были звание придворного фотографа, блестящая репутация и многочисленная клиентура. В дальнейшем Фишер не только сохранил основные направления деятельности своего предшественника, но и значительно расширил их рамки. 

Оценивая вклад Фишера в русскую светопись с позиции сегодняшнего дня, следует прежде всего отметить такую важную сферу деятельности его фирмы, как театральная фотография. 

В 1870—1880-е годы сцены из спектаклей имитировали на съемочной площадке фотографического ателье. Первые несовершенные опыты съемок на самой сцене были осуществлены в Императорских театрах в конце 1880-х годов, но лишь в начале следующего десятилетия смогли добиться более или менее положительных результатов. 

Съемка сцен из спектаклей проводилась во время генеральных репетиций следующим образом. До начала действия в зрительном зале, на расстоянии 16 аршин от сцены, устанавливали фотокамеры, а в 12 аршинах от них — станок с рефлектором для вспышки. Съемку осуществляли в начале или в конце акта. Перед наступлением выбранного для нее момента по команде театрального режиссера фотограф открывал крышки кассет, в которые были вставлены высокочувствительные пластины, а затем — объективы камер. В это время давали полное освещение сцены и зрительного зала, после чего срабатывала вспышка. 

Подобная съемка в то время, как ни странно, называлась «моментальной» или «почти моментальной». Конечно, такой способ держал в напряжении актеров, лишал их игру естественности, в целом тормозил сценическое действие. Тем не менее Дирекция Императорских театров считала, что эти съемки должны принести «громадную пользу театральному делу вообще как в отношении актерской и режиссерской практики, так и в смысле ценного вклада в историю театра». На протяжении нескольких лет Фишер выполнял отдельные заказы дирекций Большого и Малого театров, постепенно оттесняя конкурентов. В 1892 году с ним заключили договор, на основании которого он стал официально именоваться «фотографом Императорских театров», получив преимущественное право на производство фотографических работ. Согласно договору, Фишер должен был своевременно и качественно выполнять заказы на съемки костюмированных портретов актеров и сцен из спектаклей. Экземпляры снимков он предоставлял в дирекцию и в «Ежегодник Императорских театров». Кроме того, Фишер должен был снимать декорации, костюмы и бутафорские предметы оперных, балетных и драматических спектаклей для составления в постановочной части специальных альбомов с инвентарными описаниями. 

Фишер не был ограничен рамками заказов и имел возможность свободного творчества. Фотографии он мог не только демонстрировать в театральных фойе, но и продавать их зрителям во время антрактов. Контракт с Фишером дирекция продлевала из года в год. С 1906 года он распространился на петербургские Императорские театры — Мариинский и Александрийский. 

Долгие годы театральной съемкой в фирме Фишера заведовал Михаил Алексеевич Сахаров (1869—1961), судьба которого типична для многих русских фотографов. В 1882 году он, сын бедного сапожника из Тарусы, получивший лишь начальное образование, приехал в Москву, чтобы здесь приобрести профессию, которая прокормила бы его в будущем. Подростка определили подмастерьем в одно из лучших московских ателье И.Г.Дьяговченко. 

В течение пяти лет ученик Сахаров постигал основы ремесла, а в 1887 году получил должность фотографа. Он продолжал работать в этом ателье и после прихода нового хозяина — К.А.Фишера. В дальнейшем Сахарову была отведена, возможно, самая почетная в фирме роль — заведующего отделами театральной съемки и репродуцирования произведений искусства. 

За долгие годы работы Сахаров выполнил огромное количество снимков, на паспарту которых указывалось имя владельца фирмы. В одном из интервью, данном уже на склоне лет, Михаил Алексеевич с горечью говорил корреспонденту о том, что на всемирных и всероссийских выставках Фишер неоднократно получал награды за произведения, к созданию которых не имел непосредственного отношения. Уязвленное самолюбие творческого человека давало о себе знать даже спустя десятилетия, однако до 1917 года такой была узаконенная условиями контракта традиция взаимоотношений сотрудников и владельцев фотографических фирм. 

Понятие «авторства» в профессиональной фотографии того периода трактовалось своеобразно. Большинство хозяев фотоателье были профессионалами, они вели съемку почетных клиентов, занимались творчеством, как говорится, «для души». Основная же их роль — руководство сотрудниками, которые и были истинными исполнителями фотографических произведений. В крупных фирмах был многочисленный штат. Съемку производили главный фотограф и его помощники, специальные люди регулировали освещение и отвечали за фоновые драпировки, мальчики-подмастерья в павильоне двигали мебель, расставляли аксессуары и расстилали ковры. Лаборанты составляли растворы, готовили к съемке негативы, печатали позитивы. Здесь же, в лаборатории, ретушировали отпечатки и оформляли их в рамы и паспарту. 

Фишер был талантливым и энергичным предпринимателем, сумевшим отлично организовать свое дело и создать сильную команду фотографов-исполнителей. В разные годы, кроме уже упомянутого М.А.Сахарова, у него работали такие мастера, как художник М.А.Барташевич, ретушер К.К.Заузе, заведующий видовой съемкой В.И.Улитин, портретист Д.Р.Вессерман. Некоторые из них впоследствии стали известными фотографами и владельцами собственных ателье. 

Между тем у клиентов имя владельца на вывеске ателье чаще всего ассоциировалось с человеком, производившим съемку, поэтому в значительной мере именно Сахаров был лицом фотографической фирмы Фишера. Заказчики хорошо знали стоящего за камерой человека. Люди искусства еще со времен 

Дьяговченко часто посещали ателье на Кузнецком Мосту, и в 1890—1900-е годы, когда съемки стали вести в стенах Императорских театров, контакты Сахарова с артистическим миром стали еще теснее. 

На рубеже 1890 — 1900-х годов К.С.Станиславский и В.И.Немирович-Данченко тоже решили оставить на память потомству ряд сцен из лучших спектаклей Художественного театра и установили порядок съемок за кулисами после репетиций. Станиславский не раз говорил, что снимки «учат его играть», анализировать мимику, жесты, позы, грим, костюм. Творческий почерк Сахарова вполне удовлетворял режиссера. По словам О.Л.Книппер-Чеховой, Михаил Алексеевич был не просто «хорошим мастером», помогавшим актеру в работе над образом, но он смог запечатлеть и их «художественные стремления и искания». 

В 1912 году на юбилее Фишера Л.В.Собинов, выступавший от лица своих коллег-актеров, назвал заведующего театральной съемкой «старым другом, чудесным художником». Тогда же Сахарову вручили памятный золотой жетон, поскольку в тот торжественный день он тоже отмечал юбилей — 25-летие работы в фирме Фишера. 

В театральной фотографии Сахаров был признанным лидером. Его произведения в этом жанре олицетворяли целое направление. Творческими критериями фотографа, по его же словам, были «реализм и художественность». Реализм в воспроизведении мизансцен, мимики, жестов, поз, костюмов и грима и художественная форма подачи материала — этим принципам Сахаров остался верен всю жизнь. 

Фирма Фишера провела огромную работу по созданию документальной летописи русского театрального искусства дореволюционного периода. Каждый новый спектакль, каждый новый актерский образ фиксировался на снимке. По воспоминаниям известного фотографа М.С.Наппельбаума, современника описываемых событий, вся провинциальная Россия знакомилась с постановками столичных театров главным образом по фишеровским произведениям. 

Фотографические изображения на фирменных бланках Фишера и фототипические открытки стали для нас едва ли не единственным источником, помогающим воссоздать лучшие работы великих русских артистов и знаменитые сценические постановки XIX — начала XX столетия. 

Сам Карл Андреевич, безусловно, обладал серьезными знаниями и опытом в области фотосъемки и фотопечати, много сделал для популяризации светописи в России. Его интересовала научная фотография. Он разработал методику съемок при электрическом освещении, пробовал различные техники печати позитивов. 

В 1894 году Фишер стал одним из основателей крупнейшего в России творческого союза — Русского фотографического общества в Москве, с 1898 по 1907 год был его председателем, он причастен и к изданию журнала «Повестки Русского фотографического общества». Именно это издание в 1906 году проводило конкурс, на котором первую премию за женский портрет получил Сахаров, тоже член Русского фотографического общества. Рецензенты отмечали, что для этого произведения характерны «художественная безыскусственность и бьющая в глаза жизненная правда», а кроме того — «превосходное техническое исполнение». Точно так же можно было охарактеризовать и фирменный «фишеровский» стиль в целом. 

В 1912 году в журнале «Фотографические новости» отмечалось: «Юбиляр является одним из редких... профессионалов, идущим в уровень с развитием фотографического искусства и фотографической практики, изучающим всякий новый фотографический процесс и вводящим в свое дело все оказавшееся... практичным и полезным». И хотя в 1910-е годы у Фишера создавались произведения в модном пикториальном направлении, это были всего лишь эпизоды, поскольку стиль этой фирмы уходил корнями в XIX столетие и основывался на реалистическом восприятии действительности. Продукция коммерческого предприятия целиком зависела от вкусов клиентов, не всегда готовых к художественным экспериментам. 

Популярность фирмы Фишера росла год от года. Здесь выполняли многочисленные заказы частных лиц и общественных организаций. Фотографиями иллюстрировали популярные российские издания, в том числе журналы «Нива» и «Всемирная иллюстрация». Кроме того, у Фишера было преимущественное право на выполнение фоторепродукций с произведений изобразительного искусства из собрания П.М.Третьякова, которые он продавал по контракту в собственном магазине при галерее. 

Репродукциями, выполненными фирмой, проиллюстрированы многие издания Товарищества передвижных художественных выставок и Товарищества московских художников. 

В 1900-е годы по заказу великого князя Николая Михайловича Фишер осуществил масштабную пересъемку произведений изобразительного искусства для многотомного издания «Русские портреты ХШ—XIX столетий». 

В 1899 году к пушкинским торжествам фирма выпустила каталоги юбилейных выставок в Императорской Академии наук в Петербурге и в Императорском Российском Историческом музее в Москве, а также альбом «Пушкинский уголок» и иллюстрированное издание «Евгения Онегина». 

Фирма Фишера создала огромное количество фотографических произведений, имеющих исключительную документальную и художественную ценность. Все, что касается образа старой Москвы, событий городской жизни конца XIX — начала XX века, знаменитых соотечественников — писателей, актеров, художников, государственных и общественных деятелей, известно нам сегодня в значительной степени благодаря ей. Многие фотографии стали хрестоматийными, например, портреты художников-передвижников, литераторов группы «Среда», И. А.Бунина, В.Г.Короленко, Ф. И. Шаляпина... 

Как автор-фотограф и владелец фирмы Фишер участвовал во многих выставках, на которых ему всегда сопутствовала удача: 

в 1-й Всероссийской фотографической выставке 1888 года (золотая медаль), 

в Юбилейной фотографической выставке 1889 года (бронзовая медаль), 

в Международной фотографической выставке в Берлине 1894 года (золотая медаль), 

во Всероссийской художественно-промышленной выставке в Нижнем Новгороде в 1896 году (золотая медаль) и т.д. 

Кроме того, в качестве члена жюри и эксперта его приглашали на отечественные и международные фотографические конкурсы. 

Все изменилось во время Первой мировой войны, когда особым распоряжением от 19 ноября 1914 года германские подданные подлежали исключению из российских союзов, обществ, а также ученых, просветительских и благотворительных учреждений. По этой причине в 1915 году контора Императорских театров не продлила с прусским подданным Фишером договор на работу. На прошение о получении российского подданства Карл Андреевич получил категорический отказ. 

В том же году его фотоателье стало жертвой погромов черносотенцев. А в начале 1916 года на аукционе было распродано уцелевшее имущество — аппаратура, негативы и прочее. Так, фотографическая фирма Фишера прекратила свое существование. 

В 1915 году Сахаров стал инициатором создания артели фотографов из бывших мастеров Фишера, которая начала работать под вывеской «М.Сахаров и П.Орлов» в Кузнецком переулке. Основными направлениями этого заведения были портретирование и театральная съемка. 

После ухода Фишера с московского фотографического рынка острая борьба развернулась за место «фотографа Императорских театров». В нее включились многие известные московские мастера В.Чеховской, Г.Трунов, Н.Свищов. Однако выбор дирекции пал на Сахарова: этот фотограф был в театральном мире, что называется, «своим человеком». 

Ателье «М.Сахаров и П.Орлов» просуществовало до 1924 года, после чего его реорганизовали в промысловую «Фото-артель». В 1920-х годах Сахаров вел активную общественную деятельность возглавил Всероссийский Союз фотографов-практиков, с 1927 года переименованный во Всероссийское общество фотографов, с 1928 по 1929 год был ответственным редактором журнала «Фотограф». 

После революции Сахаров продолжал выполнять отдельные театральные заказы, а в 1931 году вернулся в Большой театр и проработал здесь до 1936 года. 

Сохранившееся до наших дней наследие фирмы «К.Фишер» и ателье «М.Сахаров и П.Орлов», а также театральные произведения, созданные непосредственно Михаилом Алексеевичем в 1920—1930-е годы, свидетельствуют о том, что его мастерство со временем, несомненно, совершенствовалось, но творческий почерк принципиально не менялся. Знания и опыт, полученные почти за три десятка лет работы в фирме «К.Фишер», сделали его профессионалом высокого класса и позволили занять видное место среди театральных фотографов советской эпохи. 

Татьяна САБУРОВА 

Иллюстрации предоставлены автором. 

Журнал «Антиквариат, предметы искусства и коллекционирования», № 27 (май 2005), стр.116