Крест, как символ, как сакральный образ,знаком человечеству еще с каменного века. Согласно некоторым последним исследованиям, у земледельцев эпохи неолита крест был символом бога земли.
Эти давние представления дошли до нас в творчестве многих народов. Так, например, крест фигурирует в орнаментах, встречающихся в Африке, Океании, Америке. Крестообразная четырехчастная композиция — одна из самых распространенных и устойчивых во всем мире, но чаще всего знак креста в качестве символа или декоративного мотива можно встретить в древних памятниках Восточной Европы и Передней Азии.
С изменением верований в эпоху бронзы господствующим стал культ бога неба, бога Солнца и огня, символ креста пережил трансформацию и стал олицетворять собой солнце.
Крест не сразу стал символом христианства. В раннем христианстве использовались и другие символы — например, изображение рыбы, которое берет свое начало от греческого слово «рыба» — и трактуется как сокращение из пяти первых букв пяти слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель.
Таким же древним, как и символ креста, является символ священного дерева — «древа жизни». В Месопотамии был сложен миф о священном дереве, которое растет, в раю, и изображение его у ассиро-вавилонян было предметом религиозного культа. Поклонение священным деревьям существовало у многих народов, упоминания о «древе жизни» мы можем найти в шумерском эпосе о Гильгамеше, в индийских гимнах Ригведы и скандинавской Эдде. «Древо жизни» ассоциировалось с образом Великой матери, Богини неба и земли, представляло собой модель мира.
Этот образ, несколько переосмысленный, и в христианстве воспринимался как опора и средоточие мироздания. Известный церковный археолог Н.И.Троицкий в своей работе «Крест Христа — древо жизни» утверждал, что «мысль об истинном «древе жизни» в ее чистоте сохранилась только в истинной Церкви Божией — в Ветхом Завете, ибо здесь она поддерживалась многочисленными знамениями и прообразами истинного «древа жизни», именно — Креста Христова».
Изображение Креста в виде «Древа жизни» в церковном искусстве появилось довольно рано и особенно ярко проявилось в нательных крестах: здесь оно представляется или в виде «процветшего» креста, украшенного листочками (илл. 1), или ажурным «травчатым» орнаментом (илл. 2, 3, 4); в виде двух штрал при основании креста, предназначенных для жемчужин или других украшений (илл. 5, 6, 7); в виде креста с трехлопастными криновидными завершениями концов, дугообразно загнутыми, соединенными между собой (илл. 8), или в виде развитого типа «процветшего» креста, в котором криновидные лопасти обвиты ажурными переплетениями трав и оборотная сторона покрыта цветами по эмалевому фону (илл. 9) и т.д.
«Древо жизни» не только символически присутствовало на нательных крестах, но и обретало свое вещественное воплощение в крестах-мощевиках, содержащих частицу Древа Господня (илл. 10).
Кресты как предметы коллекционирования
Первыми российскими «собирателями» можно условно назвать великих князей. На страницах духовных и договорных грамот великих и удельных князей встречаются упоминания о наиболее ценных реликвиях княжеского дома. Так, великий князь Иван Иванович в своей духовной грамоте, написанной около 1358 года, помимо земельных владений, которые он завещает своим детям и княгине, упоминает драгоценную утварь (ковши, чарки, блюда, стаканы), убранство (пояса, наплечики, аламы, бармы) и иконы и кресты, которые выступают как предметы благословения. « [А се] даю с(ы)ну своему, [князю Дмитрию: икону святыи Олександръ, чепь золо] ту врану с кр(е)сто[мъ золотымъ, чепь золоту колчату, икона золотом кована Па] рамшина дела, шапка зол (о) та, бармы, поясъ великим зол(о)тъ [с камень] емъ с жемчуги ...»
«Иконами» назывались небольшие складни или ковчеги-мощевики, носившиеся на груди. Подробно изучать великокняжеские реликвии начал еще В.О.Ключевский и продолжили исследователи в XX столетии. Благодаря их работам удалось выявить круг предметов в собрании Оружейной палаты Московского Кремля, которые входили в число великокняжеской казны и драгоценной утвари, передаваемых по наследству.
Первая публикация фондов Оружейной палаты была осуществлена в таком большом и подробном издании, как «Древности Российского государства» в 40-х годах XIX века. Одновременно с этим изданием увидели свет древности церковного и гражданского быта русского музея П.Коробанова (1849); были опубликованы коллекции московского купца Н.М.Постникова и древности, находившиеся в частных руках в Киеве (Н.Чернев, Н.Леопардов); а также «Древности русские» в собрании Б. И. и В.И.Ханенко (1899, 1900)
.
В коллекции Ханенко кресты и образки были систематизированы, определено время их производства. В этом издании описано 310 произведений, что составило самую большую публикацию древнерусского литья, каменных и глиняных образков того времени. Это издание не утратило своей актуальности и в наши дни.
Большое количество памятников мелкой пластики, хранившихся в имении графа С.Уварова, в селе Поречье, охватил также его каталог древностей. Собрание разделено было на 18 отделов, в которые входили каменный и металлический периоды, курганные вещи и церковная утварь, иконы (живописные, шитые, резные и литые), предметы домашнего быта и древности побережья Черного моря, медали и рукописи, грамоты и акты, монеты босфорские и русские.
Известными коллекционерами были выходцы из купеческой среды — П. И. Севастьянов и Е.Е.Егоров. Петр Иванович Севастьянов (1811 —1867) — юрист, действительный статский советник, путешественник, археолог, стал известен благодаря художественно-археологическим экспедициям и замечательным коллекциям христианских древностей. Егор Егорович Егоров (1862—1917) родился в Москве, в старообрядческой семье. Унаследовав торговое дело отца и деда, продал большую его часть и стал собирать памятники древнерусской и старообрядческой истории и культуры. В сферу его интересов входили рукописные книги и иконы, собрания лицевого шитья и мелкой пластики. Замечательные образцы мелкой пластики хранились в собрании Петра Ивановича Щукина, коллекция которого поступила в ГИМ в 1905 году. Он происходил из знаменитой московской семьи — купцов, коллекционеров и меценатов, был собирателем русских и восточных древностей. В составе его коллекции были и кресты-тельники, и кресты-мо-щевики (илл. 5, 7, 9, 10).
Христианские древности привлекали историков, археологов, меценатов и коллекционеров еще с начала позапрошлого века. После революции 1917 года положение в ставрографии (греч. (ставрос) — дерево, крест; (графо) — пишу), как и в стране, сильно изменилось. В советское время научные исследования в этой области долгие годы были очень затруднены, исследователи уходили в описательное искусствоведение, обходились эвфемизмами.
В настоящее время возрос интерес к коллекционированию и изучению «древностей», в том числе крестов, как их неотъемлемой составляющей. Не только частные коллекционеры, но и музеи пытаются пополнить ими свои фонды. В музеи вещи попадают не только благодаря экспедициям и покупкам, но и в качестве даров. Так, недавно Государственный Исторический музей получил в дар от храма София Премудрость Божия в Средних Садовниках 13 произведений мелкой пластики современной работы.
В 2002 году по благословению патриарха Московского и Всея Руси Алексия II при этом храме была создана мастерская по производству нательных крестов из серебра. Художники изучили историю развития форм креста, символику изображений, национальные традиции отечественного церковного искусства по книжным изданиям и оригинальным произведениям, ознакомились с произведениями золотого и серебряного дела, так как серебряный крест — это и произведение ювелирного искусства.
Серебряные кресты мастерской храма София Премудрость Божия продолжают творческое развитие лучших традиций русского церковного и ювелирного искусства, в них есть новизна и оригинальность художественных решений при строгом соблюдении церковного канона. Все изображения и надписи просматривают консультанты, чтобы избежать ошибок, которые нередко встречаются даже на старых крестах.
Многие кресты символичны. Так четырехконечный, с округлыми и удлиненной нижней ветвями, прямоугольными концами крест (илл. 11) сделан в память безвинно замученных в лагерях и погибших во время войн православных. Он напоминает простые кресты из бревен, которые ставили на их могилах. Крест этот исполняется в нескольких вариантах — из серебра, с позолотой, патинировкой, эмалью. Другой крест (илл. 12) — четырехконечный, с удлиненной нижней ветвью, округлыми концами в виде гладкой позолоченной четырехлепестковой рамки с каплевидными бутонами кринов в углах. Крин (др.рус. — лилия) издавна олицетворял невинность, чистоту и целомудрие. Новизна и оригинальность формы, глубоко символичный декор прекрасно оттенены игрой фактур — рельефных узоров, серебряных, позолоченных и патинированных поверхностей.
На протяжении всего своего существования крест как символ и как произведение искусства занимал одно из главных мест в эстетических и религиозных представлениях человечества. В русской традиционной культуре крест — важнейший символ веры, вдохновлявший мастеров на создание замечательных по силе и глубине произведений. Как тут не вспомнить слова летописца XII века: «Крест мал, но сила его велика».
Духовное искусство.
Дарья ШПОЛЯНСКАЯ
АПРЕЛЬ 2005
АНТИКВАРИАТ, ПРЕДМЕТЫ ИСКУССТВА И КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЯ
