Французский художник Рене Лалик— особенная личность среди Замечательных творцов эпохи Модерн. (В нем сконцентрировались таланты ювелира, скульптора, стеклодела, дизайнера, предпринимателя. Этот щедрый дар судьбы, одухотворенный романтическим Мироощущением, вознес великого художника «прекрасной эпохи» на пьедестал.
Рене Лалик родился 6 апреля 1860 года во Франции (департамент Марн). Влечение к художеству он обнаружил в раннем детстве. Родители определили его в лицей Турдот близ Венсена, где издавна находился центр французского керамического производства. В школе Лалик увлекся изучением природы, натурально изображал насекомых, бабочек и цветы на тонких пластинках слоновой кости. Когда ему исполнилось 16 лет, он, потеряв отца, решил продолжить специализированное обучение. Мать определила его в ученики к парижскому ювелиру Луи Ококу (Louis Aucoc).
Одновременно он посещал школу декоративных искусств в Париже.
В 1878—1880 годах Лалик учился в лондонском Сиденхем-колледже, расположенном на окраине города, близ Хрустального дворца, где проходили известные художественнопромышленные выставки. Англия 1880-х годов была центром формирования нового искусства, и в этой атмосфере развивалось художественное мировоззрение молодого талантливого француза. Впоследствии английские впечатления отразились в творчестве Лалика-ювелира, сыграв решающую роль в его стилистических новациях. От того времени у него сохранилось около 1500 замечательных эскизов, в которых ощущается дух английской элегантности и эстетизма. Свои проекты он всегда выполнял на пергаменте с учетом масштаба методом, восходящим к работе средневековых резчиков камня.
Значительным этапом в претворении в жизнь художественных замыслов Лалика стала его работа в мастерской Дестапа, куда он был приглашен в 1885 году в качестве художественного руководителя. Лалик остро чувствовал время и новые вкусы, поэтому воплощал свои проекты в оригинальные, противоречившие всем ювелирным традициям украшения. С 1887 года Лалик представил свои ранние украшения на художественно-промышленной выставке в Париже. Они произвели на общество неизгладимое и неоднозначное впечатление. Некоторые критики охарактеризовали его творчество как «декадентское» и слишком «фантастическое». Тем не менее современники воспринимали его украшения как новый шаг, как свежее слово в ювелирном деле Франции. Их яркая индивидуальность сыскала молодому талантливому художнику невероятную популярность в артистическом, литературном, эстетствующем обществе Парижа Ему покровительствует большой оригинал, известный в богемных кругах как «великий денди Парижа», граф Монтескье. Ему заказывает украшения сама «божественная Сара» — знаменитая французская актриса Сара Бернар (начало 1890-х годов).
В 1890 году Лалик руководит маленькой фабрикой на улице Терезы в Париже, где реализует свои ранние проекты. Он интенсивно экспериментирует с самыми различными материалами, особенно с эмалями. Значительную поддержку в этом ему оказывает отец жены, скульптор Ледрю. Участие в Парижском салоне 1897 года, а затем и во Всемирной выставке 1900 года принесли Лалику европейскую известность.
Украшения от Лалика всецело отражали дух французского ар нуво в пристрастии к причудливым формам, изощренным линиям, флоральному декору. Вместе с тем его ювелирные произведения были наделены пронзительным реализмом («ужасающим», по определению критиков той эпохи): цветы на брошах и кулонах оживали, жуки и пчелы перебирали лапками, бабочки и стрекозы взмахивали крылышками. Их неповторимость — суть выражения собственного стиля Лалика, стиля «шокирующей красоты». Вдохновение художника вызывали также женские образы и мир чувств. Его завораживали женский профиль, обрамленный роскошью струящихся волос, красота влюбленных пар, проявления нежности. В прозрачном горном хрустале штрихами матового рисунка запечатлены отпечатки теплого дыхания на замерзшем стекле. Утонченная оправа из благородного металла превращала миниатюры на хрустале в изысканные украшения. В ювелирных изделиях Лалика огромную роль играли материалы, не типичные для «бриллиантовой эпохи» Картье. Традиционные украшения — броши, кулоны, браслеты, гребни, подвески — приобретали необычные формы, созданные из перламутра, янтаря, слоновой кости, рога, черепаховых пластин, жемчуга, горного хрусталя, полудрагоценных камней, эмали, цветного и прозрачного стекла. Этот материал Лалик впервые применил в 1901 году. В качестве оправы он использовал как благородные, так и неблагородные металлы. Он стал первым французским ювелиром, который, обращаясь к новым материалам, противопоставил свои произведения украшениям эпохи империи, когда предпочитали россыпь бриллиантов, популярных со времени открытия южноафриканских алмазных копей.
Красочная палитра его украшений состояла из смешанных холодных тонов с вкраплением мелких алмазов, хризопразов и жемчуга. Широко применяя эмаль, для усиления ее блеска он подкладывал серебряную фольгу. Используя стекло в своих украшениях, он прибегает к технике pate de verre: пудрообразное стекло закладывает в формы с помощью пульверизатора, затем масса спекается и покрывается слоем прозрачной эмали. Изготовление в мастерской стеклянных объектов в технике пат-де вер завершалось с помощью муфельного обжига. Часто стекло сочеталось с металлами — медью, серебром, бронзой.
Еще при жизни его произведения стали образцами для подражаний. Даже великий Тиффани на своей стеклянной фирме создал ювелирный отдел под руководством дизайнера Джулии Менсон, которая смело экспериментировала с материалом и формой. И один из идеологов движения «Искусство и ремесла», основатель «Гильдии ремесленников» — английский художник Чарльз Роберт Эшби, увлеченный фантазиями Лалика, отказался от простых художественных форм.
Вероятно, работа над ювелирными объектами привела Рене Лалика к стеклу, с которым он обращался как ювелир. Со временем именно этот материал стал смыслом всей его творческой жизни.
Первые пластические опыты со стеклом Лалик осуществляет в 1895 году на маленькой мануфактуре Clairefontaine, под Парижем, которая в 1902 году стала его собственностью. Здесь он претворяет в форму свои новаторские идеи в технике «исчезающий (тающий) воск» (cire-perdue). Этот способ создания круглой пластики или рельефа восходит к глубокой древности: он применялся еще в египетском стеклоделии. Суть этого метода в следующем' сначала лепят восковую модель, которую затем обмазывают керамической массой, высушивают и кладут в печь, где воск вытапливается. Полученную полую форму заполняют горячим стеклом Когда процесс завершается и стекло внутри остывает, керамическую оболочку уничтожают. Эта старинная технология требовала высокого мастерства и сноровки исполнителей.
В 1902 году Лалик стал владельцем пятиэтажного дома, в котором жила его семья — жена Августина Ледрю и сын Марк (р. 1900), будущий дизайнер и технолог стекла. Достопримечательностью дома были массивные входные двери из пинии, украшенные стеклянными дисками. В собственной мастерской Рене
Лалик продолжил свои опыты со стеклом в технике «тающий воск», создавая небольшие пластические объекты и фигурные детали декоративных ваз. Вместо горячего жидкого стекла для заполнения полой формы из глины или металла он использовал стеклянные пасты, порошки или пудры. Художник почти не применял чистый прозрачный хрусталь, а работал с цветным стеклом пастельных тонов, полупрозрачным, напоминающим слегка окрашенный воск. Пластичный податливый материал позволял Лалику осуществлять его невероятные художественные фантазии, проявлять в этих неповторимых стеклянных произведениях свой талант и скульптора, и ювелира, и стеклодела. Выставленные в витрине его магазина на площади Вандом стеклянные объекты заинтересовали молодого амбициозного производителя духов — Ф. Коти, который, несмотря на успех своей продукции, мечтал о большем Он мысленно представлял себе свои утонченные ароматы в совершенно особых флаконах, изысканных, сделанных со вкусом, эксклюзивных, но недорогих (почти до конца XIX века ароматы в виде жидкостей на основе эссенций натурального растительного или животного происхождения, изготовленные химиками, разливали в аптечные бутылочки и продавали без этикеток).
Впечатление от стеклянной пластики Лалика было столь сильным, что заставило Коти искать знакомства с ее автором. И он обратился к Лалику с предложением изготовить оригинальный флакон и этикетку для своих духов. Вероятно, художника-ювелира увлек необычный проект, хотя поначалу идея его реализации на заводе Баккара Лалика совсем не вдохновила. Он отказался быть только исполнителем эскизов и создал первые флаконы для Коти на заводе Легра под Парижем (основан в Сен-Дени в 1864 году), непосредственно участвуя в их производстве (правда, на них нет маркировки Лалика, об авторстве свидетельствует только этикетка — Коти). Так Лалик стал первым французским художником, который решил вопрос изготовления эксклюзивных флаконов для парфюмерии инду- стриальными методами. Ранние проекты были им реализованы также на фабрике братьев Апперт в Клиши. Содружество Лалика и Коти привело к рождению эксклюзивного стеклянного флакона для эксклюзивной ароматической жидкости. Парфюмер Франсуа Коти и ювелир Рене Лалик произвели своего рода революцию в сфере французского производства ароматов.
Обращение к стеклу, любимому материалу «прекрасной эпохи», определило будущее и художника-ювелира, и производителя душистых вод. Изящные и чувственные ароматы от Коти, обретя индивидуальную форму, покорили публику. Более того, феерический альянс двух творцов повлиял на развитие всей французской парфюмерии. В 1907 году Лалик получает патент на проектирование стеклянных флаконов для духов Коти.
В результате нового направления своей деятельности он становится обладателем определенного капитала и в 1909 году приобретает стеклянную фабрику в Combs-la-Ville (Комб-ла-Вилль) под Парижем, с которой связан первый яркий этап деятельности Лалика как художника стекла.
Вначале флаконы для духов были достаточно простых форм. Эстетический акцент создавали необычные фигурные пробки в форме цветка, бабочки, змеи, обнаженной женской фигуры и тд. Особое восхищение вызывали пробочки-тиары с матовым гравированным рисунком интальо — символом утонченной гармонии всех произведений Лалика (впоследствии тиарами завершались и его настольные электрические лампы). Пробки изготавливали для каждого флакона индивидуально и нумеровали. Чтобы сохранить аромат духов, их втулки делали притертыми с помощью углеродной пудры.
Лалик досконально изучает все тонкости технологии стеклоделия, а также маркетинг и в 1910-х годах начинает серийное изготовление флаконов не только для Коти, но и для многих других французских парфюмеров, теперь уже на собственной фабрике. Стекло, которое издавна варили
на фабрике Combs-la-Ville, было очень высокого качества, с большим процентным содержанием оксидов свинца и : отличалось кристальной чистотой. Парфюмерные флаконы изготавливали методом механического выдувания в металлические формы с внутренним рельефным узором, что позволяло точно воспроизводить задуманный рисунок декора (метод «аспир-суфле»). Применяли также технологию литья в форму с рисунком («пресс-суфле»). Такими способами создавали не только серийные флаконы, но и пудреницы, другие туалетные мелочи. Нередко в гарнитуры для туалетного стола входили ручные зеркала в бронзовой или серебряной оправе в виде растений или животных.
Все многообразие фабричного стеклянного ассортимента Лалик представил на собственной выставке в 1912 году. Туалетные гарнитуры состояли из элегантных вещиц, предназначенных для пудры, помады, украшений и тд. Наиболее популярным в то время было черное непрозрачное стекло в декоративном обрамлении из металла. На своей выставке Лалик представил также гарнитуры для письменного стола — печати, прессы, чернильницы и другие предметы.
В этот ранний период развития собственной фабрики Лалик проектировал серийные виды стекла, которые продавались по доступным ценам, — кружки, графины, кувшины, бокалы, часто оправленные в металл. Прессы для бумаг отливались на производстве в виде голов животных и птиц. Начинается также выпуск в технике литья медальонов наподобие памятных медалей.
На выставке 1912 года, наряду с гарнитурами для письменного и туалетного столов, были представлены вазы, которые в будущем прославили Лалика, став тем вектором, в направлении которого развивалось его искусство. С 1909 года вазы создавались по эксклюзивным эскизам художника в технике выдувания (ртом или воздуходувкой) в форму с рельефом, затем дорабатывались вручную, но никогда не полировались. Декоративные элементы ваз часто изготавливались отдельно в технике тающего воска с использованием керамической формы.
Стекло ваз всегда было полупрозрачным, в отличие от хрусталя — эластичным и податливым, что создавало иллюзию ручной лепки. Пластика рельефов была неотделима от стеклянной формы, она «вибрировала», то погружаясь в массу стекла, то проявляясь на ее поверхности. Каждая ваза, созданная Лаликом до 1914 года, сегодня — большая редкость. Почти все его ранние стеклянные объекты, появившиеся как выставочные и заказные штучные экземпляры, находятся в музейных и частных собраниях. Они очень дороги. В работе над флаконами для духов и первыми стеклянными вазами Лалик постепенно утратил интерес к ювелирному делу, после 1914 года он полностью переключился на стекло.
Первая мировая война приостановила столь успешное развитие фабрики Лалика под Парижем, она на время закрылась. Но уже в 1919 году художник, понимая крайнюю необходимость расширения своей деятельности, решает создать новое крупное производство с современным оборудованием. Он обращается к правительству с просьбой приобретения земли в Эльзасе, который с 1918 года вновь стал французским (был отдан Германии после войны 1871 года). Новая фабрика Лалика в Wingen-sus-Moder называлась «Verreries d'Alsace Rene Lalique u К°» (Эльзасское стеклоделие Рене Лалика и компании) и располагалась близ немецкой границы. Лалик мечтал распространить свою продукцию — как серийные, так и эксклюзивные изделия — от Центральной Европы до Северной и Южной Америки.
Как художника и предпринимателя его всегда обуревали грандиозные идеи, и наконец он приступил к реализации своих планов по изготовлению массовой продукции — стекла для стола, декоративных ваз, парфюмерных флаконов, пластических объектов, деталей для архитектуры и, наконец, предметов роскоши. Он делает проекты для выставок, выполняет индивидуальные заказы, создает декоративное стекло для интерьеров океанских лайнеров и железнодорожных экспрессов, отелей и общественных зданий.
К 1930 году предприятие в Эльзасе достигло значительной мощности, на нем трудилось более 600 рабочих, серийное стекло изготавливалось в тысячах экземпляров. Лалик сознавал, что размах производства невозможен без применения машинных технологий, поэтому на фабрике широко использовался пресс. Авторские проекты Рене Лалика с большим успехом реализует в серийном производстве его сын Марк (1900—1977) — дизайнер, талантливый инженер, технолог. С помощью прессования в специальных формах, сделанных из благородных металлов, и последующей ручной доработкой полученных изделий он имитировал эксклюзивную технику отца — «тающий воск». Своими методами он доказал, что умное использование технических средств позволяет достичь в промышленном производстве превосходных результатов.
В 1930 году Р. Лалик, несмотря на преклонный возраст и болезни, продолжал сохранять творческую энергию и оставался единственным художественным руководителем своего производства. Все стекло создавалось по его авторским разработкам, среди которых были как уникальные, так и серийные предметы.
После 1918 года его художественные идеи развивались в русле стиля ар деко. Как творческая личность и как предприниматель Лалик остро чувствовал изменение общественных вкусов и постепенно отказывался от экстравагантности форм и изощренности линий, острых контрастов гротеска и реализма образов. Его произведения приобретали уравновешенность и внутреннюю статику. Ясный геометризм их форм был созвучен декоративной фактуре поверхности. Преимущество сохранял низкий рельеф орнаментального узора, в котором преобладал стилизованный флоральный мотив. В его изделиях встречается также декор в виде змеиной кожи, острых листьев артишока, изображений животных и птиц. Ко второй половине 1920-х годов декоративный рельеф становится ярко выраженным, подчас превращаясь в горельеф. Композиционно орнаментальная структура чаще всего располагается в виде фризов или чередующихся вертикальных элементов, хотя по-прежнему встречается и ковровый узор. К началу 1930-х годов усиливаются жесткость контуров рельефа, раппортность и подчеркнутый геометризм орнамента.
Тем не менее очевидные стилистические преображения в искусстве Лалика, связанные с французским ар деко, не стерли в его душе оригинальность восприятия действительности, в его памяти — любовь к линеарной причудливости, в желаниях — выражение рискованных художественных фантазий. Творческий гений Лалика невероятно мобилен и совершенно индивидуален, поэтому в его произведениях эпохи ар нуво явно ощущается предчувствие идей нового стиля, а в эпоху ар деко черты модерна продолжают вносить экзотическое начало в упорядоченный орнаментальный строй.
Эта внутренняя взаимосвязь эпох в творчестве Р. Лалика восходит к его личному пониманию материала — стекла. Его красочная гамма по-прежнему состоит из «прохладных» пастельных тонов — полупрозрачных опалово- молочных, нежных бежево-розовых, трогательных сероголубых, таким образом сохраняя первооснову идеи воссоздания эффекта тающего воска. Однако с 1930-х годов все чаще встречаются ярко окрашенные стекла — насыщенные голубые, изумрудно-зеленые, благородные алые. Поверхность его стекла, за исключением тиар, никогда не полируется.
Не останавливаясь на достигнутом, художник продолжает экспериментировать, и в 1925 году появляется еще один метод художественной обработки стекла — сатинирование, когда с помощью кислоты достигается эффект атласной поверхности. В 1920—1930-е годы Лалика нередко называют maitre verrier (маэстро стекла). Именно материал и его глубокое понимание является залогом цельности творчества великого мастера стекла.
Рене Лалик ушел из жизни в самом конце войны — 9 мая 1945 года. Ему было 85 лет. После его смерти великий почитатель и коллекционер произведений художника, миллиардер армянского происхождения Калюет Гульбен- киан (1865—1955), основавший музей Лалика в Лиссабоне, который до сих пор является самым крупным собранием стекла маэстро, писал его дочери: «Его место — одно из первых в истории искусства. Его гениальностью, его изысканным воображением будет восхищена будущая элита».
Произведения Лалика еще при жизни стали образцами для подражания. Особенно успешно в технике, близкой к Лалику, работал замечательный французский художник М. Сабино. Не были исключены и подделки.
Для репликатов воспроизвести марку Лалика нетрудно: она представляет собой рельефную или углубленную пропись инициала и фамилии (с точкой между ними). После смерти художника сигнатура изделия фабрики в Эльзасе с 1946 года утратила букву R (Rene), что упростило подделки. Фальшь-стекло с маркой «Лалик» широко изготавливается и во Франции, и за ее пределами. Нередко к позднему стеклу приписывают первую букву имени «R», выдавая вещь за более раннюю, прижизненную. Таким образом, марка не гарантирует подлинность. При изучении стекла Лалика необходимо обращать внимание прежде всего на пластику формы, свободу моделирования, тон стекла и его красочную гамму — то, что можно назвать эстетическими качествами произведений художника. Надо помнить, что в 1920—1930-х годах ассортимент фабрики в Эльзасе, основанный на авторских разработках, создавали в технике прессования, поэтому производили в большом количестве. Вот почему подлинного стекла Лалика, относящегося к 1920—1930 годам, на антикварном европейском рынке так много.
Елена ДОЛГИХ
Иллюстрации предоставлены автором.
№5 (57) май 2007 Журнал Антиквариат Предметы искусства и коллекционирования
